Институт политических исследований при Фонде Т. Усубалиева

Нурсултан Карабаев

Политические системы государств Центральной Азии вступили в стадию фундаментальной институциональной реконфигурации, обусловленную стремлением к созданию устойчивых моделей государственного управления. В эпицентре этого процесса находится институционализация Курултая — исторической формы народного собрания, которая сегодня трансформируется в инструмент легитимации власти и расширения каналов политической коммуникации.

Этот процесс следует рассматривать не как апелляцию к архаике, а как стратегию формирования «неотрадиционного» механизма, адаптирующего национальную идентичность к современным вызовам. В контексте гибридных политических режимов Курултай выступает как многофункциональный инструмент:

— Он создает дополнительные площадки диалога между государством и обществом.

— Формирует управляемые формы политического участия.

— Обеспечивает символическую преемственность, необходимую для укрепления государственной устойчивости в периоды системных трансформаций.

Намечаемая на март 2026 года конституционная реформа в Республике Казахстан (1) выступает логическим завершением масштабного цикла преобразований, инициированных в ответ на глубокий внутриполитический кризис января 2022 года (2). Трагические события того периода стали катализатором для коренного переосмысления архитектуры государственного управления.

Президентом К.-Ж. Токаевым был осуществлен комплексный системный анализ, выявивший критические уязвимости существующей модели. Ключевой угрозой национальной стабильности была признана практика «двоевластия» (3) и возникший на её почве институциональный дисбаланс, парализовавший систему управления в период с марта 2019 по январь 2022 года. Подобные деструктивные процессы — столкновение параллельных центров принятия решений — фиксировались и в политическом поле Кыргызстана в период 2021–2026 гг. (4).

Опираясь на специфику региона и учитывая региональный опыт (в частности, уроки институциональных трансформаций в Кыргызстане), руководство Казахстана пришло к выводу о необходимости фундаментальной перестройки государственной власти. Предстоящая реформа нацелена на:

Предстоящие изменения в Конституции — это не просто юридические правки, а создание «защитного механизма» для стабильности страны. Реформа решает три критические проблемы:

1. Конец «двоевластия» и четкая ответственность. В системе управления больше не будет двух центров силы, которые мешают друг другу. Мы переходим к понятной структуре: каждый орган власти знает свои задачи, а народ точно знает, с кого спрашивать за результат. Это делает власть монолитной и прозрачной.

2. Игра по единым правилам. Реформа внедряет механизмы, которые не позволяют влиятельным группам или лицам принимать решения «в тени», в обход официальных законов. Вся политика возвращается в правовое поле, где главным документом является Конституция, а не личные связи.

3. Защита от паралича власти. Мы создаем «иммунитет» против кризисов. Если в будущем возникнет сложная ситуация, закон уже будет содержать четкий алгоритм действий. Это предотвратит хаос и не позволит государственному аппарату «зависнуть» или потерять управление в решающий момент.

Модернизация 2026 года — это фундамент для устойчивого государства. Она адаптирует управление к современным угрозам и отвечает на главный запрос общества: власть должна работать эффективно, открыто и исключительно в интересах граждан.

Почему это важно сейчас? Опыт последних лет в Казахстане и Кыргызстане показал, что любая неопределенность в том, «кто главный», ведет к дестабилизации. Курултай в этой схеме становится важным предохранителем: он дает власти народную поддержку (легитимность) и одновременно служит площадкой, где разные группы общества могут договориться мирно, не доводя ситуацию до уличных протестов или системных сбоев.

Политико-правовая трансформация Казахстана: от консультативного диалога к «Конституционному Курултаю»

Реформа, намеченная на март 2026 года, знаменует собой переход Республики Казахстан от классической модели парламентаризма к уникальной гибридной системе, где исторический институт Курултая становится ядром государственной легитимности и стабильности.

Согласно проекту новой Конституции, Национальный Курултай наделяется исключительным правом выступать от имени народа и государства наравне с Президентом (Проект Конституции РК, ст. 4, п. 3 (5). 

Курултай перестает быть «совещательным голосом» при главе государства и становится автономным субъектом суверенитета. Такая децентрализация высшей воли направлена на создание системы «сдержек и противовесов» нового типа, адаптированной к региональной специфике (6).

Замена двухпалатного Парламента (Мажилиса и Сената) однопалатным Курултаем из 145 (вместо 147 в Мажилисе) депутатов представляет собой радикальную институциональную реконфигурацию:

• Искоренение институционального дуализма: Наличие двух палат в условиях транзита власти часто приводило к затягиванию законодательного процесса и размыванию ответственности. Однопалатный Курултай формирует монолитную систему, где решения принимаются оперативно и прозрачно (7).

• Партийная фильтрация: Выборы исключительно по партийным спискам переводят политическую борьбу из плоскости «регионального лоббизма» в плоскость общенациональных идеологий. Это соответствует международным практикам укрепления партийных систем в развивающихся демократиях (8).

Главная цель модернизации — защита государства от сценариев «двоевластия», которые дестабилизировали страну в период с марта 2019 по январь 2022 года (9):

• Правовой иммунитет: Встраивание Курултая в основной закон создает «предохранитель» против появления неформальных центров влияния. В случае политического тупика именно Курултай обладает мандатом «высшего арбитра», что предотвращает коллапс госаппарата (Указ Президента РК «О создании Национального курултая» (10).

• Символическая политика: Использование бренда «Курултай» вместо западного термина «Парламент» апеллирует к исторической памяти и принципам «справедливого государства» (Адалетти Казахстан). Это обеспечивает режиму более высокую психологическую легитимность среди традиционного электората.

Трансформация 2026 года — это попытка Казахстана создать «модель устойчивого равновесия». Если ранее Курултай выполнял роль клапана для выпуска социального пара, то теперь он становится фундаментом новой правовой архитектуры. Для региона Центральной Азии — это прецедент создания «неотрадиционного» государства, где современная партийная конкуренция встроена в каркас древнего народного собрания.

Модель Кыргызстана: Институт народного контроля в системе гибридного транзита

В политической архитектуре Кыргызстана «Элдик Курултай» (Народный Курултай) функционирует не просто как консультативная площадка, а как параллельный институт представительства и гражданского надзора, закрепленный на конституционном уровне. В контексте теории гибридных режимов (Diamond, 2002), данный орган выступает механизмом поиска «органической легитимности», дополняющей формальные институты либеральной демократии.

1. Институциональный масштаб и субъектность: Согласно Конституционному закону КР № 146 (11). Курултай формирует беспрецедентно широкую репрезентативную базу из 1074 делегатов, представляющих местные общины, города и трудовую миграцию (диаспоры). В отличие от классических НПО, Курултай обладает правом законодательной инициативы. Это превращает его в субъект «совещательной демократии» (12), способный корректировать государственную стратегию и давать рекомендации по кадровой политике, минуя фильтры партийных бюрократий.

2. Роль в системе сдержек и противовесов: Курултай выполняет функцию «народного фильтра», обеспечивая прямую вертикальную связь регионов с Президентом. В условиях, когда традиционные партийные системы часто подвержены олигархизации (13). Курултай децентрализует политическое влияние, возвращая субъектность локальным сообществам: 

• Снижение элитарного разрыва: Он выступает противовесом «узким партийным элитам», чьи интересы зачастую ограничены рамками столицы и бизнес-групп.

• Легитимация решений: Курултай служит механизмом кооптации — включения потенциальных оппонентов и региональных лидеров в контролируемый диалог, что временно стабилизирует гибридный режим (14).

Кыргызская модель Курултая представляет собой попытку синтеза традиционных институтов и современного государственного управления. Это создает систему «неформального, но кодифицированного» контроля, где народное представительство становится предохранителем от системных политических кризисов.

Сравнительный анализ “Курултаев”: Кыргызстана и Казахстана

№	Направление анализа	Казахстан (Реформа 2026: «Национальный Курултай»)	Кыргызстан (Народный Курултай / «Элдик Курултай»)	Системный вывод
1	Институциональный статус	Трансформируется из консультативного органа в ядро государственной легитимности и автономный субъект суверенитета.	Конституционный орган, функционирующий как параллельный институт народного представительства и контроля.	Разные уровни: высший арбитр власти в РК против органа гражданского надзора в КР.
2	Полномочия	Расширение до 23 полномочий. Наделяется правом выступать от имени народа наравне с Президентом. Заменяет двухпалатный Парламент.	Обладает правом законодательной инициативы. Заслушивает отчеты должностных лиц и дает рекомендации по кадровой политике.	Модель РК направлена на монолитность власти, модель КР — на «совещательную демократию».
3	Цель создания	Искоренение «двоевластия» и институционального дисбаланса. Защита от паралича власти в кризисные периоды.	Модернизация системы через усиление представительства и борьба с олигархизацией партийных структур.	Оба института выступают «предохранителями» для стабилизации режимов в периоды транзита.
4	Формирование и масштаб	Однопалатный орган из 145 депутатов. Выборы проводятся исключительно по партийным спискам.	Широкая база из 1074 делегатов, представляющих местные общины и трудовую миграцию (диаспоры).	В РК ставка на общенациональные идеологии , в КР — на прямую связь регионов с центром.
5	Функция легитимации	«Психологическая легитимность» через апелляцию к исторической памяти и бренду «Курултай».	«Органическая легитимность», дополняющая формальные институты демократии.	Курултай адаптирует национальную идентичность к современным вызовам управления.
6	Механизмы контроля	Встраивание в закон как «предохранителя» против неформальных центров влияния.	Выполняет роль «народного фильтра», снижая элитарный разрыв между властью и обществом.	Институционализация традиции как стратегия формирования «неотрадиционного» механизма.

В обеих странах право законодательной инициативы Курултая используется как «защитный механизм». В Кыргызстане это инструмент контроля над элитами через массовое представительство, а в Казахстане — способ централизации власти и устранения дуализма в управлении государством.

Источники и литература

1.  Указ Президента РК “О проведении 15 марта 2026 года республиканского референдума” 11 февраля 2026 года, URL: https://www.akorda.kz/ru/o-provedenii-15-marta-2026-goda-respublikanskogo-referenduma-111316 

2. Протесты и беспорядки в Казахстане. Что происходит 7 января – 24.kg, URL: https://24.kg/obschestvo/219628_protestyi_ibesporyadki_vkazahstane_chto_proishodit_7yanvarya/ 

3. Г.И. Кривенко, “Январские протесты 2022 г. в Казахстане, URL: https://cyberleninka.ru/article/n/yanvarskie-protesty-2022-g-v-kazahstane/viewer 

4. Выяснилось, почему рухнуло «двоевластие» в Кыргызстане — inbusiness.kz, URL: https://www.inbusiness.kz/ru/news/vyyasnilos-pochemu-ruhnulo-dvoevlastie-v-kyrgyzstane 

5. Проект Конституции Республики Казахстан (12 февраля 2026 г.), URL: https://prg.kz/document/?doc_id=35502996&pos=4;89 

6. Ларри Даймонд «Thinking About Hybrid Regimes» (2002), URL: https://www.journalofdemocracy.org/articles/elections-without-democracy-thinking-about-hybrid-regimes/ 

7.  Государственный советник Карин заявид: «Институциональные изменения и цифровизация определят будущее Казахстана в 2025 году», URL: https://astanatimes.com/2025/12/institutional-change-and-digitalization-defined-kazakhstans-2025-says-state-counselor-karin/ 

8. Марча и Ольсена «Новый институционализм» (1984), URL: https://www.la.utexas.edu/users/chenry/core/Course%20Materials/March1984/0.pdf 

9. Г.А. Гизатуллина, “Январские события в Казахстане в свете синергетической парадигмы”, URL: https://cyberleninka.ru/article/n/yanvarskie-sobytiya-v-kazahstane-v-svete-sinergeticheskoy-paradigmy/viewer 

10. Указ “ О создании Национального курултая при Президенте Республики Казахстан и признании утратившими силу некоторых указов Президента Республики Казахстан”, от 15 июня 2022 года, URL: https://www.akorda.kz/ru/o-sozdanii-nacionalnogo-kurultaya-pri-prezidente-respubliki-kazahstan-i-priznanii-utrativshimi-silu-nekotoryh-ukazov-prezidenta-respubliki-kazahstan-145619 

11. Конституционный закон КР от 24 июля 2023 года № 146 “ О Народном Курултае”, URL: https://cbd.minjust.gov.kg/112626/edition/1275854/ru 

12. М. Т. Тюлегенов, “Перспективы развития совещательной демократии в Кыргызстане”, URL: https://dspace.auca.kg/xmlui/bitstream/handle/123456789/598/Tiulegenov_2009_1.pdf?sequence=1&isAllowed=y 

13. К.Ч. Султанбеков, “Проблема олигархизации власти в современном мире ( на примере Кыргызстана), URL: https://cyberleninka.ru/article/n/problema-oligarhizatsii-vlasti-v-sovremennom-mire-na-primere-kyrgyzstana/viewer 

14. А. Доолоткелдиева, А. Вольтерс, “Подводные камни слабо институционализированной партийной системы в Кыргызстане, URL:   https://www.researchgate.net/publication/346282107_Uncertainty_Perpetuated_The_Pitfalls_of_a_Weakly_Institutionalized_Party_System_in_Kyrgyzstan 

Нурсултан Карабаев, магистратура КРСУ, Бишкек, Кыргызстан.